Глава 5. «Светогорец»

Я с Владимиром Александровичем

Моей первой серьезной командой стал «Светогорец», в котором я оказался в 1998 году. Произошло это так. После игры с «Кировцем» на первенстве города меня подозвал завуч нашей футбольной школы Владимир Александрович Казаченок и ласково так сказал: «Что же ты наделал?» У меня мысли понеслись с бешеной скоростью: вроде бы выиграли, причем крупно — 6: 0, я забил три, да и в интернате в последнее время ни­чего «криминального» за мной не замечалось. После секундного замешательства осторожно отвечаю: «Да вроде бы ничего не наделал...» А он мне в шутливом тоне: «Опять три забил?» Отвечаю, что да, опять, ведь до этого «Кировцу» умудрился три положить. Казаченок вздохнул и спросил, не хочу ли я поиграть за его команду «Светогорец». Я в ответ: «С удовольствием, давайте попробуем». Неделю спустя я уже вышел на поле в чемпионате области.

Кроме меня Владимир Александрович взял из интерната к себе Ваню Бебчука, Диму Киселева и Антона Жукова. Нам с Антоном в какой-то степени повезло, так как на первенство нельзя было заявлять больше пяти человек из Петербурга, а мы оба были с областной пропиской. Я впервые попал в серьезный турнир, где уже ставились определенные задачи. И потом, за область играли весьма серьезные футболисты, прошедшие школу чемпионата СССР. Например, Киселев из пикалевского «Металлурга» мог похвастаться двумя матчами за «Зенит». Что касается меня, то я воспринимал выступления за «Светогорец» как очередной этап подготовки к большой команде. Это мнение, кстати, разделяли мой отец и тренер Сергей Иванович Романов.

Первый свой гол за новую команду я помню очень хорошо. Их сразу оказалось два. Мы приехали на родину Жукова, в Тихвин, выиграли 2:1, а я отметился дублем. Антон мне, кажется, что-то выговаривал потом в шутку — дескать, я его город не уважаю. Ребята в команде приняли нас хорошо — видно было, что мы стараемся, да и играем лучше.

Наши поездки из города на матчи — это отдельная песня. В автобусе, который возил нас по области, работали классные шоферы Андрей и Гена, с которыми соскучиться было просто невозможно. Такие байки травили — обхохочешься! Три с половиной часа в дороге пролетали как 15 минут.


Наш стадион в Светогорске

В «Светогорце» я впервые стал играть перед довольно приличной аудиторией. На матчи регулярно приходили около 600 человек, а иногда бывало и больше. Когда знаешь, что все они пришли посмотреть на тебя, на то, как наша, а значит, и их команда будет побеждать, играть плохо было нельзя.

— В «Светогорце» Саша стал настоящим игроком, — говорит Анатолий Рафаилович. — Я очень хотел, чтобы он попал в «Зенит», но там бы ему не дали играть столько, сколько на первенстве области. А играть было необходимо, иначе ни о какой уверенности в себе говорить не приходится. По сути, когда он попал к Казаченку, я признал в Саше футболиста и стал постепенно отходить от занятий с ним.


Звоню домой

Отцу редко удавалось вырваться на наши игры. Но он очень внимательно следил за нашими выступлениями. Я тогда стал получать свои первые деньги за футбол. Нам выдавали премиальные за победу — 500 рублей, — приличные деньги. А поскольку мы выигрывали постоянно, в месяц набегало около двух тысяч, то есть боль­ше, чем у родителей!

— Он тогда нам первый раз купил настоящую вещь, — вспоминает Татьяна Вениаминовна. — Это был электрический чайник. Помню, принес домой, а самого так и распирает от гордости. Мы ему: «Саша, что это?» Он: «Чайник». — «Кому?» — «Вам!» Мы так порадовались — маленький человечек еще, а уже деньги зарабатывает.


Дружная команда

«Светогорский» период запомнился еще и тем, что мы, когда выиграли чемпионат области и вышли в региональный дивизион, стали остро соперничать с петербургским «Динамо». Они рвались во вторую лигу, мы тоже хотели стать первыми. Помню также, что «Динамо» тогда очень хотело, чтобы я перешел к ним. Впрочем, за 2 года выступлений в «Светогорце» разных предложений было предостаточно.

Еще одно яркое впечатление того времени — это выигрыш «Зенитом» Кубка России. Когда Панов и Максимюк забивали в ворота «Динамо» свои мячи, я прыгал по комнате и махал руками так, как будто это сделал сам. А когда прозвучал финальный свисток, сотряс оглушительным воплем «Ура!» пару-тройку этажей. Весь вечер радовался как сумасшедший. Ходил по комнате, переполненный чувствами, душа пела, и казалось, что нашим ребятам в синей форме все нипочем. Тогда мысль, что я могу оказаться там и выходить на поле вместе с этими людьми, казалась мне какой-то сверхъестественной и невообразимой. Да и не было ее вовсе.

«Светогорцу» и Казаченку я обязан многим. Они дали мне возможность играть, помогли поверить в себя. И, конечно, подтолкнули на путь в сборную


На одном из первых турниров в составе «Светогорца»

Разноголосица. Владимир Казаченок — главный тренер «Светогорца»

Первое мое знакомство с Сашей состоялось в 1997 году, когда он был еще совсем мальчиком. Воспитанники школы «Зенит», где я работаю завучем, играли тогда со своими главными конкурентами — школой «Смена». Так получилось, что на тот матч я опоздал, и когда пришел, они «летели» «Смене» — 0: 2. В перерыве пришел к ним в раздевалку, попытался как-то повлиять: говорил о традициях, о настрое, о том, что они мужики. И вы знаете, подействовало. Они собрались и во втором тайме вырвали победу — 3:2. Казалось бы, обычный эпизод, но мне он запал в душу. Характер в нашем деле значит многое.

У меня давно была идея создать группу молодых футболистов, которые могли бы одновременно выступать и на первенстве города, и на чемпионате области. Помню, первоначально собралось чуть ли не 30 ребят, среди которых оказались Александр Кержаков и Антон Жуков. Их мне посоветовал взять Сергей Иванович Романов, заметив при этом, что ребята живут в интернате и не успевают на зенитовские тренировки. Мы включили этих двоих в заявку и начали потихоньку выступать на первенстве города.

В первый год Саша не всегда попадал в основной состав, играя то в центре, то в защите, то в нападении, а я потихоньку к нему приглядывался. Даже на фоне остальных ребят, почти поголовно желавших успеха, он выделялся жадностью до футбола, огромным желанием и работоспособностью. По ходу первенства кто-то из новичков отсеялся, однако Кержаков сумел попасть в основную заявку. Правда, начало следующего, второго по счету сезона нашей совместной работы у него не заладилось. Причина проста: нам не всегда хватало народу и просто-напросто приходилось затыкать им дырки в составе. Но в одной из встреч я поставил его нападающим, объяснив, чего не нужно делать на поле. Это вообще мой принцип: сказать, что не надо, и дать карт-бланш на все остальное. Видимо, мы поняли друг друга.


Я с «Жуком»

Ребята 1982 года рождения тогда очень прилично выступили на чемпионате России по своему возрасту, заняв 4-е место. И то будущему чемпиону, команде Владикавказа, мы уступили по пенальти, а в матче за 3-е место с «Торпедо» нас откровенно засудили. Нападающие забивали довольно много, по 5—6 мячей за турнир, и Саша был в числе первых. Поэтому я решил попробовать его и Жукова в «Светогорце». Тем более что оба они были прописаны в области и квота, ограничивающая количество ребят с питерской пропиской в областных командах, на них не распространялась. В этом коллективе с них был уже совсем другой спрос — не как с мальчиков, а как с молодых, но притом уже достаточно взрослых футболистов. За все время, пока Саша играл в форме «Светогорца», он постоянно прогрессировал, креп. Возможно, сказалось то, что вместе с ним в команду попали его одногодки Жуков и Иван Бебчук, а может, что ему удался дебют.

В Тихвине, где ему во второй раз в составе «Светогорца» довелось выйти на поле, он отметился дублем, а мы победили — 2:1. Причем оба мяча получились на загляденье, особенно второй победный, когда Саша обыграл защитника и нанес хлесткий удар с 20 метров. Всего же за «областной» сезон у Кержакова набралось 16 голов — плоды все той же бешеной работоспособности, желания постоянно двигаться во время игры. На тренировках Саша мало чем отличался от остальных футболистов, старался делать то, что делали все. Однажды я даже выгнал его с тренировки. Мы тогда занимались на Аптекарском проспекте, и с самого начала показалось, что с Кержаковым что-то не то. Ну не дорабатывает и все тут! Предупредил раз, предупредил два, после чего в качестве наказания отправил наматывать круги по беговой дорожке. Через несколько минут смотрю — опять филонит. Пришлось выгнать с тренировки совсем. Слава богу, он все воспринял правильно и в дальнейшем старался подобного не допускать.

Вообще в этих ребятах подкупало то, что они умели значительно больше, чем я сам в таком же возрасте. А еще то, что они, кажется, поняли одну простую вещь, которую я старался им донести: талант — это в первую очередь трудолюбие. В жизни человека всегда есть такие периоды, когда останавливаешься и смотришь назад, на то, что ты сделал. Да, можно сказать, что я там не сделал то, там — другое, но ведь то время уже не вернуть. Если хочешь быть намного лучше, то просто посмотри назад и подумай, что ты не сделал еще для осуществления своего замысла. Надо ковать будущее сейчас!


После выигрыша чемпионата области «Светогорцем»

Мы жили без выходных. Всю неделю — тренировки, в субботу — матч на первенство области, в воскресенье — на «город». Плюс разные чемпионаты — по «детям», среди взрослых, так что игровой практики было предостаточно. В первом юношеском возрасте ребята были уже на голову всех сильнее: установили уникальный рекорд — за 20 матчей забили 131 (!) мяч. Такое даже у детей редкость. Поразительно, но при такой огромной нагрузке они старались выполнять все, что я им говорил, а если случался выходной, занимались самостоятельно. Просто терпели и верили, что дальше будет все хорошо.


В юношеской сборной

Сразу после того удачного для нас чемпионата России я порекомендовал Кержакова в юношескую сборную России. Кроме него на просмотр к Александру Гребневу, возглавлявшему тогда команду, отправились Жуков, Бебчу к и Сергиенко. После тренировочных сборов закрепиться смогли только Бебчук и Кержаков, но у Вани была травма, поэтому там остался один Саша. Выходил в составе, играл нормально, однако та команда ничего так и не выиграла.

Тем временем «Светогорец» как победитель чемпионата области заявился на первенство Северо-Западного региона. В итоге нагрузка на ребят лишь увеличилась — помимо региональных соревнований они играли «на город» среди юношей и среди мужчин. За «Светогорец» Саше удалось сыграть только 13 матчей из-за постоянных вызовов в сборную. А могло ведь быть и еще меньше, если бы я не просил Гребнева не вызывать Кержакова, когда у нас на носу был серьезный турнир. Тем не менее, Саша даже в таких условиях, пропустив почти всю концовку первенства региона, смог забить 13 голов. Тогда-то начало потихоньку проявляться то, что было накоплено за предыдущие 2 года. Он повзрослел, прибавил физически и на поле выглядел весьма и весьма неплохо.

В тот год «Светогорец» выиграл региональный чемпионат и поехал на первенство для таких коллективов в Минеральные Воды. Дебют оказался неудачным — мы уступили «Торпедо» из Владимира 1:2, притом что моментов у нас было множество. Один Саша мог забить раза четыре. Зато в следующем матче против хозяев турнира, которые, как оказалось потом, взяли в аренду 10 человек из второй лиги, ребята меня просто порадовали. Почти все сыграли намного выше своих тогдашних возможностей, но, увы... На 75-й минуте арбитр назначил пенальти в ворота «Светогорца», попутно удалив нашего игрока. Именно с того поединка Сашу начали серьезно обхаживать разные люди с предложением поиграть в той или иной команде — настолько здорово он тогда сыграл. Среди вариантов был и «Зенит-2», однако я его туда попросту не отпустил. Там бы у него не было столько игровой практики, как в «Светогорце», и он мог перестать прогрессировать. Тем более, что он тогда еще был слегка сыроват и мог не понравиться тренерам, и, значит, надолго сесть на скамейку запасных.


Я с массажистом Андреем

У меня была разработана целая программа, что футболисты должны делать в течение нескольких лет. Насколько она верна, я убедился, проведя с ребятами ряд тестов в одном научном центре и сравнив результаты с результатами аналогичных тестов игроков «Зенита». Тесты включали в себя кроме собственно антропометрических и физических данных человека еще и соотношение красных и белых мышечных волокон, способных к восстановлению. Оказалось, что в «Светогорце» 5—6 ребят по этим параметрам могут спокойно переходить в стан сине-бело-голубых, в том числе и Кержаков. У него вообще был заложен очень хороший потенциал, схожий лишь, наверное, с 17-летним Дмитрием Радченко. И потом я постоянно ста­рался внушить Саше, что сила нападающего — в движении и что это самое главное качество, над которым он должен работать. Отсюда и огромный объем прыжковой и беговой нагрузок, которые я ему давал.

На турнире в Минводах «Светогорец» занял последнее место. Но, несмотря на это, сразу 6—7 человек вызвали неподдельный интерес у представителей самых разных команд. Естественно, больше всего вопросов было о Кержакове. Кстати, с ребятами у меня была устная договоренность, что они хоть и принадлежат своим школам, уходят в другие клубы только с моего согласия. Интересно, что сами они не спешили в тот же «Зенит-2», понимая, что такого объема игровой практики у них не будет. По поводу же Саши у нас был серьезный разговор с Юрием Андреевичем Морозовым еще до поездки. Договорились тогда, что Кержаков никуда не уйдет, пока Морозов лично его не посмотрит.


Первый раз в «Зените»

А предложения были, причем даже очень заманчивые. Звали в «Ростсельмаш», в «Уралан» — команды нынешней премьер-лиги, в местный клуб из Минеральных Вод. Однако самый интересный с финансовой точки зрения был вариант с донецким «Шахтером». И уровень подготовки в горняцкой команде несоизмеримо выше, чем в предыдущих. Кто знает, если бы не мое и, самое главное, Сашино желание играть в «Зените», может быть, он бы сейчас выступал в первенстве Украины. К тому же ехать в Донецк Саше было все-таки страшновато. Другой город, другая страна...

По дороге из Минвод я рассказал Кержакову, что им интересуется Морозов, и, когда «Зенит» вышел из отпуска, повез его на «смотрины». На той тренировке присутствовать мне, к сожалению, не удалось. Да он тогда ничем себя не проявил, но это и нормально: молодой, волновался. Звоню потом Юрию Андреевичу, он говорит: «что-то есть, но не очень». Разубеждать не стал, лишь заметил, что Кержаков вполне подходит под основной состав и в дубль я его не

отдам. Пусть лучше у меня опыт набирает. А по «физике», по технике он готов, надо только помочь ему морально. И потом, как можно в 18 лет не иметь ни одной проблемы? Даже у великих игроков калибра Пеле или Марадоны они есть, однако они тем и велики, что могут скрыть свои недостатки и показать достоинства. А это умение приходит с опытом.

Я попросил Морозова посмотреть на парня еще раз внимательно, и Юрии Андреевич дал ему шанс. Саша около месяца тренировался вместе с главной командой, но даже после первого сбора Морозов не был уверен, что Кержаков готов к «основе». Тем не менее, еще до сбора он подписал контракт, причем для обсуждения его деталей мы специально нанимали юриста. А как иначе — ведь я дал обещание Сашиным родителям, что не брошу их сына и помогу устроить в хорошую команду премьер-лиги. После перехода в «Зенит» я сказал ему: «Теперь все зависит не от меня и не от Юрия Андреевича, а от тебя». Ведь теперь я уже не мог что-то сказать Морозову, что-то посоветовать или предложить.


На просмотре в сборной России

Помню наш разговор, который состоялся примерно за две недели до матча со «Спартаком». У Саши как раз тогда начались проблемы с попаданием в состав. Он приехал ко мне с родителями и объяснил ситуацию, рассказал, какие нагрузки ему предлагает Морозов. Подумав, я пришел к выводу, что Кержакову не хватает общего объема движения и времени, и посоветовал Саше, пока он не задействован в матчах чемпионата, поработать дополнительно. Причем не просто возиться с мячом, а заняться развитием общей скорости. Ведь даже в тех неплохих моментах, которые были у Кержакова, ему не хватало доли секунды, чтобы правильно подготовить удар. На первый взгляд это незаметно, но только на первый. Посоветовал ему отмерить 5 километров и бегать их каждый день в течение двух недель, стараясь укладываться в 17 минут и не задыхаться. Кроме того, после каждой встречи надо взять ручку, листок и расписать весь матч: где были противники, куда ты бежал, кого при этом обыграл и так далее. Потом прочитать и сделать выводы, что ты сделал правильно, а что — нет. И, на мой взгляд, это дало результат, ведь по сумме движения, по объему работы Кержаков — один из лучших игроков России.

Что касается привлечения Саши в сборную, то я лично с Олегом Романцевым не разговаривал. Единственное, в чем выразилось «влияние», так это в разговоре со вторым тренером Михаилом Гершковичем, которого я попросил обратить внимание на моего воспитанника и не отвергать его сразу. Уже тогда было понятно, что Кержаков может реально помочь команде. В новой сборной, при Газзаеве, у него наилучшие шансы среди нападающих попасть в состав. Только ему не надо торопиться за границу, а окрепнуть здесь, приобрести необходимый опыт. Да и звание лучшего бомбардира чемпионата России хорошо бы получить. Осталось только в десяти оставшихся встречах забить голов пять...

... Я постоянно напоминаю Саше и остальным тоже: не думайте, что вы уже всего достигли! Сам в 22 так думал, зато уже в 24 понимал, как был не прав. И так — каждые 2 года. Кержаков неплохо отыграл первый год, и у него появился хороший стимул попасть в сборную. Скоро у Саши возникнут трудности, связанные с тем, что против него начнут играть персонально. Поэтому следует тренироваться, анализируя ситуацию, мысленно представляя себе опекуна и придумывая, как его обыграть. Тогда в самом матче это будет получаться значительно легче. Мне бы очень хотелось, чтобы первопричиной всех его начинаний была голова. Ведь тренер может подготовить футболиста максимум на 60 процентов, остальное — игрок должен делать сам. Если он, конечно, хочет. Надо дифференцировать нагрузку, уменьшая или увеличивая ее, исходя из самочувствия. У Саши хорошая мышечная память, которая позволяет ему быстро схватывать любые движения, но без грамотного к ней отношения она пропадет впустую.

Разноголосица. Антон Жуков — друг и партнер по «Светогорцу»

Где я познакомился с Сашей Кержаковым? Естественно, на футбольном поле, где мы играли с командой «Турбостроитель». Растерзали их 10:0, а Саша забил 5 мячей. Помню, тогда я еще у него спросил: «Ты сегодня что, чего-то объелся?» Потом, когда узнали, что будем жить вместе, Саша привел меня в интернат и показал комнату. А учиться мы стали в 93-й, «зенитовской», школе.


Супербизоны!

Кержаков уже тогда обладал способностью притягивать к себе людей, и знакомых у него было море. С ним было просто интересно общаться! В нашей маленькой компании он оказался лидером, несмотря на то, что был мне практически по пояс. Объяснял на правах интернатского старожила, что и как. Интересно, что в Училище олимпийского резерва № 2 нас поселили в самую большую комнату. Это при том, что мы были самыми молодыми — я ходил в 8-й класс, а Саша вообще в 7-й. Над нами даже подтрунивали: дескать, самые молодые живут в самой большой комнате, но мы обычно пропускали подколки мимо ушей. Из ребят больше всего общались с боксерами, которые жили за стенкой, особенно с Иваном Кирпой. Поскольку я был физически здоровее, чем Кержаков, решение некоторых вопросов брал на себя. Иногда он начинал возражать, я закипал, мы ссорились и могли не разговаривать друг с другом по нескольку дней. Бывало и круче — как-то раз мы опять что-то не поделили, и я ударил Сашу в плечо. Впрочем, тяжело избежать разногласий, если живешь с человеком в одной комнате в течение долгого времени... Но тот случай, пожалуй, был исключением из правила. Среди сверстников Сашу никто не смел и пальцем тронуть, поскольку понимал, что будет иметь дело со мной. А я тогда уже был на голову выше сверстников и связываться со мной никто не хотел.

Режим у нас был тот еще. В шесть утра подъем, тренировка, школа, опять тренировка и домой. Терпели. Когда появлялось свободное время, ходили на школьные дискотеки. Они начинались в девять вечера, и для нас это было очень поздно. Поэтому мы придем, чуть-чуть посмотрим и бегом домой. Опоздание в интернат было катастрофой! В выходные, если они случались, старались попасть на матчи «Зенита». Получалось не всегда — возможности купить билеты не было, а просто так пройти на стадион оказалось сложно. Поэтому мы с Сашей несколько раз обслуживали матчи в качестве подавальщиков мячей. Кидали их тем людям, с которыми сейчас Кержаков выходит на поле: Игонину, Лепехину, Угарову...


Я в команде «Зенит» 1982 г. р.

Когда мы переехали в Училище олимпийского резерва № 1, на улицу Хлопина, стало легче. Учились тут же, тренировались рядом, да и вокруг нас были ребята нашего возраста, к тому же еще и футболисты. Радовало, что теперь можно было поспать до половины одиннадцатого, а то и до одиннадцати. А в остальном все по-прежнему: школа (четыре-пять уроков), тренировка, домой.

Саша до 11-го класса пытался хорошо учиться, даже ходил на дополнительные занятия, но потом пошли пропуски из-за тренировок и игр, и школа как-то отошла на второй план. И если до выпускного класса он и думать не хотел о других оценках, кроме пятерок, то в последний год уже было достаточно и четверок с тройками. Когда же он попал в юношескую сборную, мне приходилось договариваться с учителями о Сашиных пересдачах. А как иначе, если серьезно занимаешься спортом? По-моему, идеальный футболист и идеальный ученик — вещи несовместные.


Учение — свет

Саша был очень стеснительным в общении с девушками. До 11-го класса он с ними и не разговаривал — боялся. У меня-то к этому времени уже какой-никакой опыт был — все-таки я и постарше, и покрепче, однако он меня ни о чем таком не спрашивал. По крайней мере, я никогда не видел, чтобы Саша с кем-нибудь публично целовался. А алкоголь он первый раз попробовал только на выпускном вечере — мы налили ему вина и ликера. Как Саше было плохо. Какое-то время он даже смотреть на спиртное не мог. Простое пиво вызывало у него рвотный рефлекс.

Мы были почти примерными учениками. В интернате нас отчитывали, пожалуй, только за то, что невежливо разговариваем с воспитателями на этаже. А дело было вот в чем. Мы брали арабский мячик и начинали его гонять по коридору. Естественно, разыгравшись, мы начинали кричать, прыгать, бегать, что очень не нравилось педагогам. Однажды (это было еще во «втором» училище) мы сидели с ним на подоконнике и ели арбуз. Окно выходило прямо в парк, и я, доев, недолго думая, кинул корки туда. И попал в прохожего. Помню, досталось нам обоим по первое число. Почти такой же случай был зимой, только вместо арбуза был апельсин. И опять провинился я, а ругали нас обоих. Причем Саше выговаривали: «Что же ты его не остановил?»

В нашем втором по счету интернате он пытался уже следить за модой и красиво одеваться. Поскольку я был постарше, то старался ему что-то подсказывать, советовать. Саша прислушивался, однако поступал все равно по-своему. Он всегда хотел быть похожим только на самого себя, чтобы его воспринимали таким, какой он есть.

Еще он очень честолюбив. Как-то был момент, когда Саша не попадал в состав нашей детской команды, и он по этому поводу страшно переживал. Причем небезосновательно — он регулярно забивал, выходя на замену. И, как видно, доказал свои претензии, став уже в старших юношах полноценным игроком «основы», а заодно и главным бомбардиром. Когда я попал в юношескую сборную раньше, чем он, Саша мне очень завидовал — ведь кроме престижа там давали отличную экипировку. Кстати, Кержаков закрепился в сборной практически сразу. Просто приехал и начал забивать, сразу доказав, что не лыком шит. И это при том, что ниже его в той команде был только один человек — Марат Измайлов.


Мой первый кубок за «Светогорец»

Первые деньги у нас появились только в «Светогорце». Мы тогда выигрывали все подряд, получая за каждую победу по 500 рублей. Итого в месяц — 2 тысячи. Сумасшедшие деньги! Саша в плане траты заработанных средств всегда был молодцом и почти все отдавал родителям. Он, кстати, до сих пор тратит на себя очень немного. Может быть, потому, что относится к тому типу людей, которые всегда видят перед собой цель и стараются не давать слабину. А на те, первые, он обычно покупал себе шоколад и холодную кока-колу, которую, кажется, тогда пил ведрами. У него вообще была слабость к сладостям и необычным фруктам. А вот на нашей первой серьезной дискотеке — в Светогорске -е му не понравилось. Он был просто ошарашен толпой, громкой музыкой и в силу своей скромности так ни с кем и не познакомился.

Мне кажется, что в «Светогорец» Саша попал потому, что напомнил главному тренеру Владимиру Казаченку самого себя в молодости. Такой же настырный, все время нацелен на ворота и никому не дает забить, все время забивая сам. И Кержаков оправдывал доверие, штампуя голы почти в каждом матче. Нас, новичков, никто и не пытался «душить», понимая, что мы хоть и молодые, но с большим потенциалом. Все же видели, как мы с Сашей почти перед каждой тренировкой выходили на поле и отрабатывали ситуацию, когда я с позиции правого защитника подавал ему на ход к воротам, а он бил. Или, например, как Кержакова хлебом не корми, дай «повозить» защитника. Однажды мы оба сыграли в нападении. Было это в матче против команды Волхова, которую тогда тренировал Ларионов, в котором мы победили 2:0. Причем каждый забил по голу — сначала он мне дал пас, а затем я ему вернул должок.

Так получилось, что после шести лет непрерывного общения мы расстались — его взяли в «Зенит», я остался в «Светогорце». На первых порах он приходил после тренировок и рассказывал, каково это — тренироваться со звездами. Было очень интересно, и я искренне радовался за Сашу. Теперь мы все время перезваниваемся, и он постоянно спрашивает, как идут дела у «Светогорца», до сих пор болеет за нашу команду. Удивительно — он уже два года там не играет, а переживает за нас, передает приветы. А флаг «Светогорца» до сих пор висит у него в комнате. Звездная болезнь его пока не коснулась. Помню, мне нужно было проводить родственников до аэропорта и вернуться обратно, а я катастрофически не успевал. Саша в две секунды сорвался и не только довез моих родных, но и доставил потом меня домой. Так что он — отличный товарищ, к тому же довольно заметно повзрослевший и поумневший за последнее время. Он очень раним. Всегда сильно переживает по любому поводу — и в игре, и в жизни. Был случай, когда мы по его вине попали в аварию. Саша тогда только-только получил права, была зима, первый лед, и он не справился с тормозами. Переживал страшно, даже головы не поднимал. В такие моменты его обязательно надо морально поддержать, а ему самому — не казниться так сильно за упущенные на поле моменты.

Мне кажется, что если он и дальше будет всем демонстрировать свои главные качества — настырность и упорство, то у него есть все шансы стать лучшим бомбардиром чемпионата и закрепиться как следует в сборной. А за границу лучше всего ехать года через четыре, то есть после следующего чемпионата мира. И мне бы очень хотелось, чтобы в нашей стране маленькие мальчики носили футболки не с именами Пеле и Марадоны, а с именем, Кержакова.

ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ. ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ «ЗЕНИТ»

Футбольный клуб «Зенит» создан в мае 1925 года. До 1940 года назывался «Сталинец». Является одной из старейших команд России: в чемпионатах СССР-с 1936 года (с 1938 года — в высшей лиге).

«Зенит» — чемпион СССР 1984 года, бронзовый призер 1980 года, трижды команда занимала 4-е место (1958, 1983 и 1986 годы), трижды — 5-е (1949, 1953, осень 1976 года). Обладатель Кубка СССР 1944 года, финалист 1939и 1984 годов, 7 раз играл в полуфиналах (1945, 1954, 1961, 1977, 1983, 1985, 1986 годы). Обладатель Суперкубка СССР 1985 года. В 2001 году «Зенит» стал бронзовым призером чемпионата России.

В Кубке России «Зенит» в 1997 году дошел до полуфинала, в 2002 году-до финала, а в мае 1999 года выиграл его.

В шести розыгрышах европейских клубных турниров в 16 матчах «Зенит» одержал 7 побед, 2 матча свел вничью и 7 проиграл. Высшее достижение — 1/8 финала Кубка чемпионов (1985/86).

Команда проводит матчи первенства России на стадионе «Петровский», а тренируется на базе в Удельной, где расположены несколько футбольных полей. Больше всего игр за «Зенит» в чемпионатах СССР провел Лев Бурчалкин −400, он же лучший бомбардир-78 голов. Лучший бомбардир в одном чемпионате — Анатолий Короткое: 22 мяча (1950 год).

В разные годы футбольным клубом «Зенит» руководили: Петр Филиппов, Константин Егоров, Константин Лемешев, Михаил Бутусов, Иван Таланов, Георгий Ласин, Владимир Лемешев, Николай Люкшинов, Аркадий Алов, Георгий Жарков, Геннадий Бондаренко, Евгений Елисеев, Валентин Федоров, Артем Фальян, Евгений Горянский, Герман Зонин, Юрий Морозов, Павел Садырин, Владимир Голубев, Станислав Завидонов, Анатолий Коньков, Вячеслав Булавин, Вячеслав Мельников, Анатолий Бышовец, Анатолий Давьщов, Юрий Морозов, Михаил Бирюков, Борис Рапопорт.